СОБАЧЬИ ДРАКИ И КАК ИХ ИЗБЕЖАТЬ

Советом, руками, и т.д.

СОБАЧЬИ ДРАКИ И КАК ИХ ИЗБЕЖАТЬ

Сообщение Gnom » 16 фев 2016, 21:18

СОБАЧЬИ ДРАКИ И КАК ИХ ИЗБЕЖАТЬ

Иван Затевахин
Главный редактор журнала «Мой друг собака» и портала, телеведущий, академик телевидения, кандидат б.н.

Отрывок из книги «Собаки и мы. Записки дрессировщика», изд-во ЭКСМО, 2015.


Когда и почему? Общие соображения

«Ваша собака на поводке? У вас мальчик? Он нас не тронет?» – мало кому из владельцев крупных собак не знакомы эти порой истошные крики, доносящиеся от движущихся встречным курсом владельцев собак. И я могу охрипнуть, без всякой надежды на успех крича в ответ: «Все в порядке, «наш» никого не трогает»… Мои заклинания не смогут развеять страхи другого собаковладельца – если он со своим псом хоть раз попал в переделку.

И, увы, многие из них имеют все основания опасаться за здоровье своих питомцев. И не потому, что у меня собака какой-то «не такой» породы – нет, просто огромное количество собак просто-напросто плохо воспитаны и неправильно выращены.

Мы очень часто забываем, что собака – не только член нашей семьи, но и стайный хищник по своей природе. Собака, как я уже говорил, – по сути – одомашненный волк. Конечно, искусственный отбор многие волчьи черты нивелировал, погасил, отбор на лояльность к человеку существенно изменил характер собаки, но в своей основе волчьи поведенческие модели социального поведения у нее сохранились. То есть собака при встрече с другими собаками ведет себя по определенным, доставшимся в наследство от волка правилам, соблюдая определенный ритуал, основные параметры которого имеют наследственную основу.

Да-да, агрессивное поведение имеет наследственную основу. Правда, особого гена агрессии, присущего отдельным породам, сколько ни пыжились разнообразные псевдоученые, чтобы его обнаружить, у собак найти не смогли. Почему? Дело в том, что существует множество видов агрессии. Агрессия, подчеркну, между особями одного вида – прежде всего, средство регулирования социальной организации животных, то есть регулирования их отношений. В природе животные стремятся для начала просто испугать противника, повергнуть его в бегство, а сражаются лишь в крайнем случае. В норме точно так же бывает на нейтральной территории при встрече двух нормальных незнакомых собак. Которые ведут себя правильно, и если их не провоцируют (вольно или невольно) хозяева или другие собаки, просто мирно разойдутся. А если и попробуют выяснить отношения – то это будет в большей степени демонстрация драки, нежели сама драка.

Другое дело, если встреча намечается на территории одной из собак – вот тут драка вполне возможна: по совершенно ясной причине – собаки, как и их предки волки – существа территориальные, их сообщества занимают определенную территорию, на которой охотятся, растят потомков, в общем – живут. Очевидно, что свою территорию они будут защищать. Поэтому знакомство собак на территории одной из них (а такое часто бывает, когда к взрослой собаке, живущей в семье, присоединяется другая собака) – особый процесс, который строится во многом на нюансах поведения и должен проходить под строгим контролем хозяина, от правильного поведения которого зависит очень многое. Но об этом позже, и в принципе, новичкам без «пригляда» опытного тренера лучше за это дело не браться вовсе.

И это только одна сторона медали. Другая сторона связана все с теми же индивидуальными периодами развития щенка. Все, что заложено природой в наследственности собаки, все основные поведенческие программы не проявляются автоматически, а должны быть развернуты и развиты в определенный период развития щенка. Для чего щенку необходимо общение с «правильными» собаками во время его роста? Неправильная социализация щенка очень часто приводит к тому, что он не умеет себя вести в собачьем обществе, что закономерно приводит к агрессии – либо его собственной, либо направленной на него.

Когда-то, еще в советские времена, когда собак на руках у владельцев было во много раз меньше, люди к дракам относились довольно спокойно, уж не знаю, хорошо это или нет. Большинство ходили на дрессплощадки, где были свои правила и обычаи. Новичкам объясняли, как вести себя во время драк.

Существовал своеобразный кодекс поведения «собаколюбов», ныне, к сожалению, сильно подзабытый, который гласил: «не гуляй с течной сукой там, где гуляют другие (дабы не свести с ума знакомых кобелей и не спровоцировать конфликт), снимай «строгач» перед тем, как твоя собака начнет взаимодействие с другой (дабы предотвратить возможность повреждения зубов другой собакой во время игры или столкновения), не позволяй большой собаке обижать маленькую» и т.д. Соблюдение этих нехитрых правил существенно облегчало жизнь…

С тотальным развитием любительского шоу-собаководства, с появлением многочисленных неофитов, «новых русских» и их «челяди», зачастую выгуливающей хозяйских собак, все здорово поменялось, правила во многом забыты, конфликты между собаками, даже незначительные, иногда, увы, заканчиваются и драками хозяев…

В принципе, дракой может закончиться любая встреча двух незнакомых и уверенных в себе собак – при неправильных действиях хозяев. Обычно мы выгуливаем собак на поводках, отпуская их только в местах, где это можно делать безопасно – для собак прежде всего. И вот при встрече неопытные хозяева натягивают поводки и мешают собакам спокойно обнюхать друг друга. А ведь это первый из возможных способов спровоцировать собачью драку. Натянутый поводок мешает ритуалу, собака напрягается, это видит другая собака, которая может расценить ее поведение как угрозу. Кроме того, натянутый поводок всегда придает уверенность робкой собаке. А поскольку она не уверена в себе, эта ее неуверенность в 99% случаев, когда поводок натянут, переходит в демонстрацию агрессии – рык, наскоки на другую собаку…

Почему натянутый поводок провоцирует агрессию, спросите вы? Да просто потому, что он воспринимается собакой прямым продолжением руки хозяина, а тесный контакт с хозяином любой домашней собаке придает прыти, порой излишней. Особенно если владелец неопытный и сильно нервничает. Его состояние неминуемо передается собаке – ведь собака, даже самая доминантная, очень внимательно смотрит на то, как ведет себя хозяин. Если нервничает – нервничает и собака.

Так что во время знакомства двух собак необходимо, чтобы поводки были провисшими, а хозяева располагались настолько далеко от собак, насколько это возможно. Ведь даже если драка начнется, помешать «бойцам» сцепиться хозяин, не рискуя получить «дырки» от собачьих зубов, будет уже не в состоянии.

Опытные собаководы (и я в их числе), владельцы воспитанных, обученных собак, встречаясь на открытых пространствах (в парках или за городом, там, где нет машин и скопления галдящих детей), если видят, что направляющаяся к ним навстречу собака спокойна и не ведет себя агрессивно, вообще знакомят своих питомцев без поводка. В этом случае при малейших подозрениях на начало конфликта они имеют возможность в буквальном смысле разбежаться, не провоцируя своим поведением (а за ним – см. выше! – чутко следят собаки) драку. «Разбегание» – очень эффективное средство предотвращения драки. Убегающий хозяин лишает собаку уверенности в надежности тыла и провоцирует как минимум на компромисс.

Бывает, что к вашей собаке с лаем и угрозами подбегает мелкая – без поводка. В этом случае, если ваша собака на коротком поводке, она может расценить это как «наезд» на вас обоих – и попытаться ответить агрессору. Если вы не сковываете поводком ее движений, собака свободна и правильно воспитана, она скорее всего в ответ на это примет «осанистую» позу, постарается продемонстрировать себя, включит у скандалиста правильные механизмы поведения.

Таким образом, если встреченная «бесповодковая мелочь» грозно лает, рычит и скалится, особенно если у вас кобель, а лает на него сука, то с большой долей вероятности вашей собаке ничего не грозит. Но если ваши собаки одинаковых размеров, а незнакомец спокоен, напряжен и недружелюбен, поднимает хвост, кончики его ушей направлены вперед, а взгляд фиксируется на вашей собаке, если он пытается положить свою голову на холку вашему псу – скорее всего он нападет!

Обычно перед самой атакой кобели на пару мгновений замирают. После этого замирания вам останется только разнимать собак. Поэтому при малейших признаках напряженности – лучше разбегайтесь и отзывайте собаку и ни в коем случае не тяните ее за поводок – если он у вас в руках. Один-два резких коротких рывка за кончик поводка, и одновременно «включайте» ноги!

Что бывает, когда собаки, сами или в результате провокации владельцев, нарушают ритуал знакомства? Вот тогда и случаются грандиозные драки! Об одной из них я с некоторым содроганием вспоминаю спустя три десятилетия!

…Советские застолья... Время дефицита продуктов в магазине и их непонятно откуда берущееся изобилие на столах… Самое трепетное в застольных посиделках времен развитого социализма – подготовка к ним. На стол водружаются могучие плошки с салатом оливье, остуженная в морозильнике дефицитная «Лимонная», режется тонкими кружочками не менее дефицитная копченная колбаса «Салями», вареная картошка, сырный салат, винегрет, зелень… Потихоньку собираются гости, с которыми в процессе извлечения из духовки запеченного в фольге куска говядины (супер-дефицит!) успеваешь пропустить по рюмочке… И вот от всего этого великолепия в один замечательный февральский день меня оторвал голос отца:

– Сынок, выведи минут на пятнадцать Грина, прежде чем за стол садиться!

– А Маня?– спросил я, намекая на то, что собаку вполне может вывести погулять и моя сестра.

– Мне что, самому идти? – грозно спросил папа. – Маня салат режет!

– Ладно! – согласился я. Честно говоря, я не сильно и сопротивлялся, так, немного, чтобы скорее заявить о своих правах на свободу принятия решения в нашей непростой, устроенной с «закосом» на легкий авторитаризм семье. Вообще-то, гулять с боксером Грином мне было не в тягость, напротив, я охотно это делал, вставая порой в 6 утра, чтобы успеть пройтись и позаниматься с ним до занятий в университете.

Грин, к слову, был удивительной собакой, с которой я постигал все премудрости дрессировочного процесса. После нескольких месяцев обучения нас из-за случившегося конфликта «попросили» с одной из площадок Москвы. Последнее обстоятельство заставило меня начать изучать теорию и практику дрессировки по имеющейся на руках доступной литературе, включая непереведенные немецкие (спасибо картинкам) и английские (переводил как мог) кинологические издания, которые я покупал в книжном магазине «Дружба» на тогдашней улице Горького. Но это к слову.

Грин был настоящим боксером тех времен, когда их еще считали служебными собаками. Он был могуч, атлетичен, с купированными ушами и хвостом, как все боксеры до начала 80-х, напоминал сложением скорее очень крупного питбуля (о которых мы тогда и слыхом не слыхивали), нежели современных нам потомков с утрированно-короткой мордой и килеобразной грудью. Грин был великолепно координирован, послушен (без поводка у моей ноги по команде «Рядом!» он уверенно лавировал между прохожими, пересекая Новый Арбат – тогда проспект Калинина, буксируя при этом до самой школы повисшего на ошейнике моего младшего брата).

Грин был смекалист, благороден – дрался только с более крупными, чем он сам, собаками, и никогда с маленькими. Собственно, это его «благородство», объясняемое, впрочем, особенностями формирования характера – об этом позже – и позволяло относительно спокойно гулять с ним без поводка: маленьких собак, которых всегда было больше, чем больших, он не замечал, а перед появлением больших я обычно успевал «сажать» его на поводок.

…Ну что ж, ноги в руки, наскоро накинув куртку, я выскакиваю с Грином в наш маленький дворик на Серебряном, еще не отделенный заборами от сопредельных территорий, и спускаю с поводка. Он спокойно и деловито обнюхивает кустики, перед некоторыми (загадка для исследователя: почему именно перед ними, ведь уверен, непомеченных кустиков во дворике не осталось!) задирает лапу. Пятнадцать минут, как мне кажется, тянутся вечно…

Замечаю мужичка, которого, сопя и задыхаясь, тащит в нашу сторону на поводке маленький фокс. Никакой агрессии у фоксика я не заметил – так, тянет поводок, обычное дело, все мелкие собаки того (а порой и нашего) времени так себя вели.

– Ваша собака кусается? – кричит мне мужичок, в более близком приближении скорее смахивающий на типичного арбатского «джентльмена» той поры. Несмотря на страшный дефицит всего, в том числе и модной одежды, фоксовод был аккуратно и модно одет с намеком на просвещенную Европу – спасибо братьям по социалистическому лагерю, продукцию легкой промышленности которых можно было купить на так называемые «чеки», сертификаты (тем, кому они полагались) в спецмагазине «Березка».

– Да нет, – уверенно отвечаю я, – он маленьких не трогает.

Действительно, не трогал, а персонально к фоксикам Грин относился даже дружелюбно, рычащих кобелей этой породы просто игнорировал, а соседской суке оказывал знаки внимания – любил поводить ее по двору, аккуратно забрав зубами поводок из рук хозяйки.

– Отлично! – произнес «джентльмен», раскуривая трубку. – Пусть побегают! – и с этими словами спустил хрипящего фоксика с поводка.

Я не успел не то что произнести ни слова, а даже удивиться, как произошло то, чего я никогда не видел у собак ни до, ни после описываемых событий. Сосредоточенно и целеустремленно, молча, не издав до поры ни звука, фокс буквально в десятые доли секунды преодолел расстояние, отделявшее его от Грина, и, издав зверский рык, вцепился ему в опорную заднюю лапу. Другую лапу Грин в этот момент высоко задрал – для прицельного оставления на максимальной высоте пахучего послания арбатским собратьям. Мы с «джентльменом» даже дернуться не успели. К моему изумлению, Грин, несмотря на вероломную атаку, не прекратил процесс обрызгивания кустика ровно отмеренной для того дозой. После чего мгновенно извернулся и сверху вцепился фоксу в холку. Сделал он это молча, но при этом яростно и стремительно.

Действительно, произошло невероятное нарушение собачьего этикета. Ладно, что фоксик напал без предварительного, так сказать, объявления войны, без взаимного обнюхивания, задирания хвостов, демонстраций – это у собак бывает (когда они очень хорошо знакомы и являются «старыми врагами» и в результате выученного поведения, сформированного после нападения другой собаки, но об этом позже). Но фокс напал на собаку, занятую по собачьим законам священнодействием – собаку, перемечивающую территорию! Напал, даже не дожидаясь окончания процесса!

В 999 999 случаях из миллиона, если одна агрессивная собака на улице увидит другую «в процессе», так сказать, она переметит ее свежую метку! Дождется окончания процесса и переметит и лишь потом начнет драку – иначе в чем ее смысл? Драки ведь устанавливают иерархию в собачьем мире, их изначальная цель (не будем говорить о выученном поведении) – доказать свое лидерство, не более того. Перемечивают территорию собаки примерно с той же целью – их послание означает: я тут, это моя земля, я тут главный! Другое дело, что между посланием и желанием в бою отстаивать его содержание у собак очень большая дистанция – можно ведь и демонстрациями добиться своего.

Кроме того, перемечивание входит в ритуал этих демонстраций: по оставленному и, безусловно, нуждающемуся в немедленном перемечивании пахучем сигнале собака узнает о физическом состоянии соперника, грубо говоря, об уровне тестостерона, адреналина и, следовательно, статусе и готовности выяснять отношения при встрече. К слову, и это научно подтверждено, свои метки собаки не перемечивают, отличают их от меток собратьев, такой своеобразный пример самосознания…

…Но этот фокс, вероятно, и был той самой одной собакой на миллион, которая нарушила все мыслимые и немыслимые собачьи законы.

– Смерть отступнику, – подумал Грин и, посильнее сжав челюсти, начал трепать нахала. Поскольку своими челюстями Грин, бывало, хватал и, соответственно, прокусывал надутый футбольный мяч, захват был очень глубоким. Я, не успев испугаться, бросился спасть «ненормального» фокса.

Тут наш разговор немедленно переходит к тактике растаскивания сцепившихся во время драки собак. Обычная в таких случаях практика – растаскивать дерущихся собак за задние лапы. Каждый забирает свою собаку, но делать это надо синхронно – одновременно схватив, если это возможно, за задние лапы в области паха. Тянуть дерущихся в таком случае можно только тогда, когда они пытаются изменить положение хватки – чтобы дополнительно не травмировать. Лучше синхронизировать свои действия с подачей команды (допустим «Дай!», «Брось!» или сигналом к прекращению действий – «Нет!», «Фу!») и ни в коем случае нельзя тянуть собаку во время плотного захвата – в этой ситуации собаки получают самые страшные раны.

Кстати, разнимая собак, нельзя орать, пусть даже подавая по многу раз те самые команды – это только заводит бойцов. Кроме того, ни в коем случае нельзя (если соперники равны по своим размерам) фиксировать только одну собаку – она может получить тяжелые травмы, не имея возможности защищаться. Очень удобно разжимать челюсти плотно схватившихся собак деревянной палочкой – но для этого нужна сноровка. Так что лучше бы, конечно, драк избегать. Но в тот раз нам не удалось…

В сложившейся ситуации все было не по правилам. Схватив Грина первым, что с учетом разницы весовых категорий и того факта, что он к тому времени оторвал фокса от своей лапы и придавил к земле, я крикнул незнакомцу, у которого изо рта выпала от изумления трубка:

– Разнимаем! Хватайте свою, когда я оттяну свою!

Ответ был не менее изумительным:

– Я не могу, у меня больное сердце!

– И вы гуляете с ненормальной собакой, которая в такой ситуации нападает на других собак? – возмутился я, держа Грина за задние лапы практически оторвав его от земли.

– Вы же сказали, что он у вас не дерется! – эмоционально ответствовал джентльмен.

– А что бы вы сделали на его месте? – возмутился я, вступившись за Грина. – Если бы вас в такой момент укусили?

– Да, вы правы, – сказал джентльмен после небольшой паузы, во время которой он, видимо, мысленно воспроизвел картину вероятного нападения на свою ногу в момент, так сказать, мечения территории. – А что же теперь делать?

– *** мать! – не удалось мне выдержать предложенную стилистику беседы, – буду разнимать!

Для начала я попробовал одной рукой перехватить Грина за ошейник, чтобы, как говорят тренеры, «механикой» заставить бросить фокса.

– Гриня, дай, малыш! – крикнул я, но только усугубил ситуацию – почувствовав опору, Грин, отсалютовав моему голосу энергичными взмахами обрубком хвоста, успел поудобнее перехватить свисающего у него из пасти яростно рычащего фокса и, к моему ужасу, стал медленно его поджевывать – ну прямо как бульдог из повести Джека Лондона «Белый клык» – неумолимо двигаясь челюстями по направлению к затылку агрессора.

Идея заставить Грина выплюнуть фокса, воздействуя ошейником, была неудачной – очень уж могучей была шея у Грина… Как-то во время моих дрессировочных опытов с ним он одним движением порвал монолитный металлический «строгач», после чего с достоинством пошел у моей ноги. Что было весьма кстати – мы пересекали Старый Арбат с его весьма интенсивным в ту пору автомобильным движением. Но вернемся к эпохальной битве.

Между тем, у меня начала затекать спина, а исправить ситуацию не удавалось. От отчаяния я одной рукой схватил Грина за гениталии, о чем жалею до сих пор, прости, прости меня, старый друг, но и это не помогло, а только усугубило ситуацию, так как я перестал той самой рукой фиксировать Грина. Джентльменоподобный владелец фокса продолжал в ужасе молча взирать на происходящее. Посмотреть было на что.

Куртка моя спереди была перемазана слюной и кровью соперников. Я упал на колени в снег – чтобы как-то облегчить нагрузку на занывшую спину. Руки налились свинцом, пот заливал глаза. Фокс между тем с грозного рыка перешел на визг, что не добавляло картине оптимизма. Попробовал уговорить Грина – он каждый раз реагировал на мои слова энергичным повиливанием хвостика, что, однако, не мешало ему поджевывать сошедшего с ума оппонента. У меня перед глазами начали всплывать финальные аккорды сцены битвы Белого Клыка с бульдогом из одноименной повести Джека Лондона. И тут мне внезапно вспомнилось, что от удушения бульдогом Белый Клык был спасен весьма простым способом! Бульдогу, как помнит каждый, кто читал это гениальное по своей энергетике произведение, разжали челюсти револьвером.

– Нет, это не годиться, – подумал я. – А вот палка бы пригодилась.

На наше счастье, какое-то время назад у нас появился заинтересованный зритель – проходивший мимо работяга, по виду из сотрудников коммунальных служб, типичный такой для советского времени повелитель «ключа на 12», кранов, пакли и резиновых прокладок. От него приятно попахивало недорогим портвейном. «Хлеб» он уже получил, сейчас ему бесплатно давали зрелище.

– Мужик, будь другом, дай какую-нибудь палку.

– Сейчас, – живо откликнулся мужик и протянул мне невесть откуда появившийся в его руках отрезок водопроводной трубы. Он был воодушевлен, ему, очевидно, хотелось поучаствовать в процессе.

– Засунь его себе в…. – у меня окончательно сдали нервы.– Деревяшку какую-нибудь дай, будь человеком.

– Не вопрос, – деловито ответил мужик, куда-то резво сбегал и принес мне палку.

К счастью, диаметр палки был, как говорится, в самый раз… И я сделал то, что по идее надо было сделать с самого начала. В общем, я еще раз перехватил Грина левой рукой за ошейник, а правой аккуратно поглубже засунул ему палку в щель между челюстями, слегка надавил на язык, и, о чудо, Грин выплюнул противника!

Джентльмен наконец вышел из ментальной комы и, подхватив тихо скулящего фокса на руки, спросил:

– А мне теперь что делать?

– Бегите к ветеринару, немедленно! – выдохнул я и, прицепив Грина на поводок, побежал домой. Как выяснилось, 15 минут растянулись на 40 с лишком. Но этого никто, похоже, не заметил. Ждать меня никто не собирался, веселье было в разгаре. Грин, на котором не было практически ни царапинки, после того, как я обтер его морду, шею и плечи мокрым полотенцем, а затем и раствором хозяйственного мыла – лучшим средством дезинфекции при собачьих драках, шумно попив воды из-под крана в ванной, нырнул под стол, в ожидании случайного падения чего-нибудь съестного. Я, схватив кусок марли, дрожавшими от усталости руками замыл перемазанную куртку и решительно сел за стол – снимать стресс… Что стало с «сумасшедшим» нарушителем собачьего этикета, я не знаю, надеюсь, фокс отделался парой швов (зубы у Грина были мелковаты для причинения совсем уж страшных повреждений), джентльмена того мне в арбатских дворах и закоулках больше встречать не доводилось, но думаю, свою собаку он с поводка больше не спускал…
Gnom
Принюхивается...
 
Сообщения: 236
Зарегистрирован: 11 май 2014, 16:29

Вернуться в Помощь

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1